вторник

Американская философия права

В беседах с друзьями и знакомыми у нас нередко заходит речь о взаимоотношениях между РФ и США. Для многих из нас Россия является исторической родиной, а Америка выступает в качестве основы для бизнеса. Поэтому не удивительно, что отношениям этих стран мы все придаем особое значение. А сами эти отношения довольно не простые. С российской стороны часто слышатся требования к равноправному и взаимному уважительному партнерству с американцами. У американцев тоже есть свои интересы и требования к России, которые с евразийского берега иногда видятся в разном свете. 


Сравнивая системы этих двух стран, замечаешь, что различия культур и сознания двух народов имеют под собой все основания быть. А различия в понимании нередко становятся причиной для разногласий и конфликтов. Если россияне именуют себя наследниками великой византийской империи, то американцы рассматривают свои корни в культуре древнегреческой демократии и древнеримской республики.


Когда современные американцы начинают думать о праве (англ. law) и о том, что право означает для людей как общества в целом, то чаще всего у них возникает вполне хорошая идея. Иногда у них даже пробуждается врожденное чувство того, что такое есть право вообще и вещи какого рода можно ожидать от него в этой связи. Но если обычный американец попытается представить себе и дать более точное определение того, чем является право, то это станет немного более сложной задачей. Этот очень тонкий вопрос лежит в основе изучения юриспруденции (англ. jurisprudence) или философии права. 


Если мы немного углубимся в историю, то увидим, что практически с самого начала зарождения современной цивилизации античные философы и древние мыслители активно работали с целью установления окончательного смысла того, что такое есть право и закон, и где они вписываются в человеческое общество. Со временем из этих усилий возникли важные мыслительные школы (философские и юридические), которые и в наши дни продолжают демонстрировать свои идеи и концепции. Не смотря на то, что эти идеи и концепции отличаются друг от друга, тем не менее они не противопоставляются одни другим и имеют одинаковую силу в своих интерпретациях.


Если задать вопрос "Что такое право?", то большинство американских людей предложит простой ответ, основанный на их первоначальной реакции по типу "право есть правила". Самые продвинутые люди, чье мышление пребывает на более сложном уровне (англ. complex) , окажутся в состоянии определить, что "право есть свод правил, которые регулируют наше поведение". Этот основной ответ на самом деле очень часто является самым правильным и истинным, поэтому он является краеугольным камнем для многих философских и юридических школ. 


Однако, если мы попытаемся создать более тщательное исследование и поставим зондирующие вопросы, то они заставят усомниться в справедливости этого утверждения. В итоге мы поставим под сомнение единодушие и согласованность при планировании мнения по этому вопросу. Например, если закон или право в целом является регулирующим органом для правил, то само по себе оно не имеет смысла и никуда не годно. Сами по себе одиночные правила (англ. rules) в большинстве случаев могут с уверенностью только устанавливать параметры чего-либо и никогда не пытаются регулировать что-то самостоятельно. Для того, чтобы обеспечить этот нормативный аспект, есть потребность в чем-то еще. В данном случае имеется в виду  потребность в органах осуществления и применения права, либо принудительного применения правил и принуждения. В нашем обществе такое право применение  предусмотрено угрозами санкций, например такими, как тюрьма и / или штраф. 


Кому то это покажется спорной постановкой вопроса, но с позиции американского права можно сказать, что в силу неизбежного присутствия правоприменительных санкций, традиционные представления людей о праве как "правилах" являются несколько ошибочными. Сами американцы считают, что их система права Соединенных Штатов  должна включать в себя как можно больше взаимодействия между правилами и физическим убеждением. Другими словами, в американском представлении обычному человеку нужна постоянная психофизиологическая мотивация для того, чтобы соблюдать закон в повседневной жизни. Отчасти это объясняется следствием нашей природы как человеческих существ, чтобы удерживать поведение людей в пределах своих границ и обеспечивать возможность людям идти в ногу в соответствии со своей линией управления. Вероятно, здесь требуется предложить более точное описание, чем просто упомянуть эту простую идею.


Давайте попытаемся рассмотреть этот принципиальный момент в свете определения американской природы права на концептуальном или умозрительном уровне (англ. conceptual level). Если закон, как мы видим, представляет собой свод правил (орган), тогда то, в каком смысловом направлении эти правила работают, можно представить себе в форме предписания отдельному человеку о том, как надо себя вести в обществе, либо в форме описания того, как большинство людей ведут себя и как поступают в обществе. 


С американской точки зрения, если закон основан на праве давности или давнем обычае и имеет предписывающий характер, тогда по сути дела было бы правильно требовать от каждого гражданина (англ. citizen), чтобы они узнавали законы в самом раннем возрасте. В качестве цели при начале изучения законов с детских лет может стать обеспечение согласованности и соответствие поведения граждан с предписывающими требованиями законодательных органов. 


С другой стороны, если закон носит описательный характер того, как ведет себя общество в целом, тогда здесь возникает вопрос о власти органов управления (англ. authority). Почему? Ответ довольно лаконичный: то, как ведет себя общество в целом,  не является целью для концепции и не относится к объективным понятием. По этой причине вывод прост: разве любой человек или группа людей не в праве предоставить  субъективный взгляд на то, что является правильным и что нет? В такой стране, как США с ее сильными основными свободами это выглядит еще более странным, что закону разрешено действовать, если бы он действовал в этом смысле. Вместо этого, американцы более склонны рассматривать закон и право как отношения между людьми внутренне с другими людьми, а также как отношения людей внешне с государством или штатом, включая сюда элементы взаимного согласия в достижении соответствующих социальных целей.


Из этого простого анализа концептуального характера закона становится очевидно, что есть возможности для дальнейших обсуждений и дискуссий. С исторической позиции, юристы - ученые всегда стремились оставить поколениям свои академические рассуждения, что позволяло им конкурировать с другими писателями и мыслителями. От жившего в 4 веке до н.э. древнегреческого философа Аристотеля до современного американского юриста и теоретика американского права Рональда Дворкина (англ. Ronald Dworkin), который ввел понятие "закон как целостность" (англ. law as integrity), а также до английского правового философа 20 века Герберта Лионеля Адольфа Харта* (англ. Herbert Lionel Adolphus Hart, H. L. A. Hart), автора кники "The Concept of Law" (Концепция права) и дальше, представления западного мира о природе права являются одновременно увлекательными и сложными, с большим количеством граней, и с еще большим числом предостережений, которые еще предстоит изучить. 


Современная информационная эпоха и глобальный интернет размывают устоявшиеся понятия и границы между странами. Особое значение приобретает международно-правовой контекст, так как изучение судебной практики выходит за пределы юрисдикции одной страны или конкретного юридического образования. Западное юридическое мышление движется в направлении сферы независимой мысли и наблюдения. Тем не менее, вопрос природы права по прежнему является популярным научным исследованием для любого государства. Также этот вопрос представляет интерес и пищу для размышлений на раздражающую тему "каждодневного бытия" граждан, находящихся под его управлением.


* Герберт Харт в своей работе о концепции права ввел понятие юридического позитивизма, суть которого состоит в том, что все правила и законы введены человеком, поэтому между правом и (религиозной) моралью нет никакой связи. Источник  The Concept of Law by H.L.A. Hart .